Памятник Для Скульптора

Дата публикации: 29.11.2007 Источник: Антик.Инфо #58 Автор: Владимир Левшенков

Добавить отзыв

До недавнего времени место захоронения Н.Я. Данько было известно лишь тем, кто непосредственно участвовал в этих событиях. Сегодня удалось найти достоверную информацию о последних днях жизни скульптора и новые сведения об эвакуационном периоде в истории Ленинградского фарфорового завода им. М.В. Ломоносова.

В 2007 году исполняется 115 лет со дня рождения и 65 лет со дня смерти скульптора-фарфориста Н.Я. Данько. В прошлом году город Ирбит отмечал свое 375-летие. Что роднит город в Свердловской области и первого советского скульптора фарфора? Именно в этом уральском городке покоится прах Наталии Яковлевны Данько. Приказом от 2 августа 1941 года Ленинградский фарфоровый завод (ЛФЗ) был эвакуирован в город Ирбит Свердловской области, где его объединили с близким по профилю диатомитовым комбинатом, находившимся в том же ведомстве ≈ наркомата промстройматериалов СССР. Кроме Ленинградского завода на Ирбитском диатомитовом комбинате был размещен ряд предприятий, эвакуированных из западных областей страны: Кировский и Будянский фаянсовые заводы, Константиновский стекольный завод, Люберецкий завод, Калининский стекольный завод ╚Великий октябрь╩, стекольный завод им. Горького (город Бор Горьковской области), керамический завод из города Энгельса.

Н.Я. Данько. Пряха. ГФЗ им. Ломоносова. 1931. Высота 17,5. Частное собрание. Публикуется впервые [увеличить (20k)]

На должность исполняющего обязанности директора Ирбитского диатомитового комбината (с включением действующих цехов и вновь строящихся спецобъектов) распоряжением наркома промстройматериалов СССР Л.А. Соснина был назначен Н.И. Дикерман, прибывший с фарфорового завода имени Ломоносова. Эвакуация ЛФЗ в Ирбит имела большое народнохозяйственное значение, так как производство автоизоляторов для свечей зажигания к двигателям внутреннего сгорания в то время на этом заводе было единственным в СССР. Изготовление оборудования, освоение технологических процессов, подготовка рабочих на новом месте заняла бы слишком много времени, и это могло осложнить и отсрочить выпуск двигателей внутреннего сгорания, так необходимых для военной техники.

Немалую роль играло и производство фарфоровой посуды, нужной для госпиталей, столовых и в целом для фронта. В связи с этим было решено организовать цех ширпотреба ≈ цех по выработке хозяйственного фарфора. Горн для обжига фарфора был готов только к весне 1942 года. Из стружки и бракованного сырья автоизоляторов готовили формовочную массу, которую размачивали, потом вручную выбивали на гипсовых плитах, доводя до нужной пластичности, и затем формовали изделия. Посуда получалась серой и даже мутно-коричневой, так как масса готовилась из отходов тальковых изоляторов и местного материала ≈ диатомита. С 25 марта 1942 года производство хозяйственного фарфора было введено в эксплуатацию. В налаживании технологии принимали участие работники керамической лаборатории С.В. Шилов, П.В. Смолина и З.В Соловьева, с 1932 года работавшая на ЛФЗ, эвакуированная 22 августа 1941 года на Ирбитский диатомитовый комбинат и назначенная на должность инженера-исследователя керамической лаборатории. Именно случайная встреча местных краеведов с Зоей Васильевной, связавшей после войны свою жизнь с Ирбитским стекольным заводом и проработавшей на нем до выхода на заслуженный отдых, помогла выйти на след захоронения Н.Я. Данько. В начале войны ящики с музейными экспонатами Ленинградского фарфорового завода заняли в железнодорожном составе три вагона.

Н.Я. Данько. За чтением (портрет Е.Я. Данько). ЛФЗ им. Ломоносова. 1938. Высота 17,8. Частное собрание [увеличить (29k)]

Первые эвакуированные ленинградцы приехали в Ирбит 7 сентября 1941 года ≈ в тот самый день, когда фашистские захватчики, разбомбив Бадаевские склады, лишили фронтовой город продовольствия. Но знаменитого скульптора советского фарфора не было в первой группе эвакуированных. Наталия Яковлевна Данько и ее младшая сестра ≈ писательница и художница Елена ≈ остались в Ленинграде, они не могли покинуть больную мать. Вместе со своим родным городом они мужественно переносят тяготы и лишения блокадной зимы 1941 года. Только 27 февраля 1942 года семья Данько была эвакуирована из Ленинграда. На грузовиках, доставлявших продовольствие в осажденный город, их везли через Ладогу по Дороге жизни в глубокий тыл. Возможно, им хотелось поскорей вернуться к теплу заводских печей, к любимому делу. Но эта дорога, полная счастья и надежд, становится для Данько трагической. Сначала погибает ее мать, Ольга Иосифовна, а затем сестра ≈ Елена Яковлевна, талантливый живописец-фарфорист, прекрасный литератор и историограф фарфорового завода имени Ломоносова. Тяжело переживая потерю близких людей, Наталия Яковлевна, уже сильно исхудавшая и больная, с большим трудом добирается до уральского города Ирбита. Была надежда, что встреча с заводом придаст ей силы, воплотятся творческие замыслы┘ Но ступить на улицы города ей не удалось: из вагона Данько сразу увезли в больницу. Врачи боролись за ее жизнь, но горе потери близких и страдания блокадной зимы оказались сильнее. 18 марта 1942 года Н.Я. Данько скончалась.

Прошло несколько десятилетий. Уже в Ленинграде инженеры и художники вспоминали город, приютивший их во время войны, людей, трудившихся для победы. Вспоминали о Н.Я Данько, но данные о месте ее захоронения как-то затерялись. Многие слышали, что умерла, но где именно похоронена ≈ никаких сведений. В начале июля 2007 года автор статьи побывал в Ирбите. В процессе общения с местными жителями удалось выяснить, что до недавнего времени проживала в городке та самая Зоя Васильевна Соловьева, участница похорон Н.Я. Данько, хорошо знавшая скульптора. Рассказывали, что эпизод из военного сорок второго Зоя Васильевна хорошо помнила: ╚Хоронила Наталию Яковлевну небольшая группа ленинградцев. Гроб красной материей обили. Красным покрывалом и тело накрыли. Большой венок из пихтовых лап. Когда засыпали могилу, я вокруг осмотрелась: три березки приметные, их, думаю, не забуду. И ходила сюда┘╩

Обелиск на могиле Н.Я. Данько. 1988√2007. Ирбитское кладбище [увеличить (47k)]

На посмертной выставке работ Н.Я Данько, организованной в Ирбите в здании заводоуправления стекольного завода, среди многочисленных произведений, иллюстрировавших творческий путь, пройденный мастером, находилась большая фотография скульптора в траурной рамке. Уже тогда можно было понять, что коллекция ее работ скоро будет тщательно запакована и вернется в родные стены заводского музея, множество ее произведений разойдется по собраниям всего мира, а Н.Я. Данько, создатель замечательного пластического репортажа о советской власти, столько творческих сил отдавшая Ленинградскому заводу, навечно останется в Ирбите┘ Сейчас у трех берез, о которых вспоминала З.В. Соловьева, стоит обелиск, поставленный как временный в 1988 году. Сегодня трудно прочитать полустертые надписи на покрытом ржавчиной памятнике. Здесь, у ╚обелиска╩, нам показалось, что настоящим памятником семье Данько стали воздвигнутые по воле природы те самые три березки. Они олицетворяют собой память о сестрах Данько и их матери. Путь членов семьи закончился вдали от дома, здесь они обрели вечный покой┘

P.S. Усилиями автора статьи и коллекционеров в этом году на могиле Н.Я. Данько будет установлен памятник.

Владимир Левшенков, искусствовед